Почему новая социальная сатира «Бункер» не выдерживает своей собственной тяжести

На Венецианском кинофестивале показали новый фильм Флориана Зеллера — режиссера «Отца» и «Сына». На этот раз он отказался от экранизации собственной пьесы и придумал оригинальную историю, хотя полностью самостоятельной ее назвать сложно. В центре сюжета оказываются архитектор, заказ на строительство роскошного бункера и семейная жизнь, которая постепенно тоже начинает разрушаться.

Главный герой Мигель Морено — успешный испанский архитектор, который живет в Лондоне с женой Софией и двумя дочерьми. Его карьера идет вверх: недавно он получил престижную премию, а теперь ему предлагают новый крупный проект. Заказчик — американский IT-миллиардер, который хочет построить на Гавайях частный бункер на случай катастрофы. Сумма впечатляет, сам проект тоже выглядит необычно, но Мигеля смущает его предназначение.

Впрочем, размышлять о моральной стороне предложения ему приходится параллельно с куда более приземленной проблемой. Их сосед, живущий в бывшем гараже, прорезает окно в стене своего жилья. Окно выходит прямо в сад семьи Морено, и архитектурная деталь быстро превращается в источник конфликта. Получается довольно прозрачная конструкция: богатый герой хочет защититься от окружающего мира, а рядом с его домом человек из другого социального слоя буквально пытается получить возможность смотреть наружу.

Именно на этом контрасте строится значительная часть сатиры. Бункер становится символом мира, где самые обеспеченные люди готовы физически отделить себя от остальных, причем особенно актуальной эта идея выглядит на фоне разговоров о глобальных катастрофах. Помощник Мигеля сравнивает техномиллиардеров с древними фараонами, а их убежища — с современными пирамидами. Сам загадочный заказчик появляется ненадолго, зато его образ легко считывается как собирательный портрет представителей технологической сверхэлиты.

При этом Мигель оказывается не просто исполнителем чужой воли. Он привык считать себя человеком прогрессивных взглядов и раньше занимался общественно значимыми проектами, например больницами и концертными залами. Поэтому заказ ставит его перед неприятным выбором: отказаться от огромных денег из принципиальных соображений или согласиться и тем самым поступиться собственными убеждениями. Дополнительное давление создает София, которая считает готовность мужа работать на миллиардера проявлением конформизма.

Но «Бункер» постепенно выходит за пределы социальной сатиры. Значительную часть экранного времени занимает кризис отношений между Мигелем и Софией. Их брак давно перестал быть беззаботным, а внешние обстоятельства только усиливают напряжение. Герои говорят друг с другом по-испански, прекрасно чувствуют настроение партнера и при этом все сильнее отдаляются.

У Софии кризис связан не только с мужем. Она переживает из-за возраста, размышляет о собственной жизни и сталкивается с профессиональными сомнениями. Отдельный повод для тревоги появляется после знакомства с молодым американским писателем, который вызывает у Мигеля ревность. Его философские рассуждения о том, что через сто лет от людей ничего не останется и поэтому нужно наслаждаться настоящим, должны, судя по всему, добавить истории экзистенциальную глубину. Однако работают они скорее как карикатура на популярную мотивационную философию.

Еще одна линия возникает вокруг картины со спящей парой, которую София видит на выставке. Безмятежность изображенных людей заставляет ее задуматься о собственных отношениях и о том, что изменилось в ее жизни. Такие детали должны связывать семейную историю с более масштабными размышлениями о времени, близости и страхе перед будущим.

Проблема фильма в том, что все эти темы не складываются в единую историю. Конфликт между богатыми и бедными, кризис брака, страх старения, профессиональные сомнения и тревога перед возможным апокалипсисом существуют рядом, но почти не помогают друг другу. Связь между ними очевидна на уровне замысла, однако драматургически она выглядит гораздо менее убедительно.

При этом у фильма есть выразительные визуальные решения и сильный актерский дуэт. Хавьер Бардем и Пенелопа Крус особенно эффектно смотрятся в кадре, а музыка Фолькера Бертельмана периодически добавляет истории почти физического напряжения. Есть и черный юмор: Мигель пытается усилить домашнюю систему безопасности, рисует странные схемы и неожиданно оказывается занят поисками кота, пока вокруг него разворачивается гораздо более серьезный конфликт.

«Бункер» предлагает довольно понятную мысль: невозможно построить достаточно высокую стену, чтобы окончательно спрятаться от общества, собственных страхов и проблем в отношениях. Но сама картина оказывается слишком перегружена символами и параллельными темами. Там, где могла бы появиться острая социальная сатира или камерная семейная драма, возникает попытка одновременно сделать и то и другое. В результате ни одна из линий не получает достаточной силы, а очевидная мораль начинает проговариваться раньше, чем успевает стать частью самой истории.