Что не так с триллером «Животные» с Беном Аффлеком?

На Netflix вышел «Животные» — криминальный триллер Бена Аффлека о похищении ребенка, которое превращает предвыборную кампанию в борьбу за выживание. В фильме есть политические интриги, семейные тайны и Джиллиан Андерсон в роли загадочной женщины, способной решать чужие проблемы за большие деньги. Однако за амбициозной завязкой скрывается история, которой так и не удалось определиться с собственными идеями.


Главный герой Марк Кимболл, которого играет сам Аффлек, баллотируется в мэры Лос-Анджелеса. Он выступает как независимый кандидат, говорит о принципах и законе, но незадолго до выборов сталкивается с кошмаром: неизвестные похищают его сына и требуют семь миллионов долларов. Когда становится понятно, что быстро найти деньги не получится, семье приходится искать другие способы вернуть ребенка.


С этого момента фильм начинает напоминать «Рай и ад» Акиры Куросавы. Совпадение настолько очевидное, что зритель может решить, будто имя японского режиссера обязательно появится в титрах. Но прямого признания источника вдохновения нет. Ситуация выглядит особенно любопытно на фоне недавнего переосмысления той же истории Спайком Ли с Дензелом Вашингтоном в главной роли. Аффлек даже откладывал производство своего фильма после новостей о проекте коллеги, однако в итоге все же вернулся к работе.


В основе «Животных» лежит понятная идея: легко рассуждать о морали, пока лично тебе ничего не угрожает. Кимболл не выглядит откровенным лицемером. Он действительно хочет казаться человеком, который верит в свои убеждения. Например, когда домашняя работница просит помочь ее возлюбленному без документов, политик отказывает, ссылаясь на закон. Однако после исчезновения собственного сына его отношение к правилам быстро меняется.


Проблема в том, что фильм не доводит этот конфликт до логического завершения. Герой совершает несколько сомнительных поступков, но почти сразу получает возможность оправдать их чем-то благородным. Вместо серьезного разговора о двойных стандартах получается история о том, что обстоятельства иногда вынуждают хороших людей нарушать собственные принципы. Для триллера, который явно претендует на моральную неоднозначность, этого мало.


Личная жизнь Кимболла тоже не добавляет истории глубины. Его жена, которую играет Керри Вашингтон, оказывается вовлечена в собственный семейный конфликт, а выяснение отношений происходит на фоне похищения ребенка. Напряжение, которое могло бы усилить драму, постепенно сменяется неловкими диалогами. Вместо сложных характеров зритель получает героев, чьи поступки и реакции порой выглядят слишком театрально.


На фоне неубедительной семейной драмы особенно выделяется Джиллиан Андерсон. Ее персонаж появляется как загадочная фигура, к которой обращаются, когда привычные способы решения проблем больше не работают. Элегантный белый костюм, безупречная укладка и холодная манера общения создают образ человека, который привык контролировать ситуацию и не тратить время на лишние объяснения.


Андерсон удается добавить фильму необходимую угрозу и харизму. При этом ее реплики звучат настолько искусственно, что временами напоминают набор фраз из бизнес-презентации. Аффлек, который ранее рассказывал об использовании искусственного интеллекта в работе, словно случайно создал для актрисы персонажа, говорящего языком нейросети.


Оператор Роберт Элсвит, известный по работе с Полом Томасом Андерсоном, не получает здесь достаточно пространства для экспериментов. Значительная часть фильма проходит в особняке, а визуально эффектная развязка не компенсирует проблемы сценария. Там, где должны нарастать тревога и ощущение опасности, происходящее все чаще вызывает вопросы к логике событий.


«Животные» могли бы стать историей о цене убеждений и о том, как страх меняет человека. Вместо этого фильм колеблется между семейной драмой, политическим триллером и криминальным боевиком, так и не найдя убедительного сочетания жанров. Отсылки к Куросаве обещают более серьезный разговор, а актерский состав создает высокие ожидания, но сценарий не позволяет им раскрыться в полной мере. В итоге после финала остается скорее мысль о несостоявшемся потенциале, чем желание вернуться к фильму еще раз.